Режим чрезвычайной опасности объявили в Калужской области
![](https://region.center/source/KALUGA2/photobank/freepikcom/drugoe/view-wildfire-burning-nature.jpg)
© openverse
Министр внутренней политики Калужской области поделился мнением о проблеме миграции в стране и нашем регионе, русофобии, выплате пособий мигрантам и деятельности диаспор, организованных выходцами из среднеазиатских и закавказских республик.
Фото: Олег Калугин Вконтакте
Проблема отношений
Объективно, рост этнической преступности налицо. Демонстративная наглость представителей этого сообщества, которая выражается в разного рода выходках, налицо.
События в Дагестане – да, они имеют внешнюю причину, но ячейки, которые организовывали людей и свозили их в аэропорт из разных районов и даже разных кавказских республик – это тоже звенья одной цепи.
Всё это вместе, конечно же, способствует изменению настроения людей. Но я не вижу проблем во взаимоотношениях между коренными народами нашей страны. Даже с учётом дагестанских событий, повторюсь – это внешняя история.
Проблемы по-настоящему начались, когда критическая масса выходцев из Средней Азии и Закавказья перевалила определённый рубеж. Количество перешло в качество, а качество – не самое лучшее, мягко скажем. Это попытки создать этнические анклавы, параллельные общества.
Всё познаётся в сравнении. В Калужской области, по сравнению с другими регионами, мы с этим достаточно эффективно боремся. Да, проблем «непочатый край», но мы и близкий к Москве регион с соответствующим уровнем жизни.
А нужна ли работа с диаспорами?
Вот что я совершенно точно могу заявить, это то, что никаких заигрываний с диаспорами быть не должно. На мой взгляд, диаспоры, если они должны быть, то только в рамках национальных культурных автономий.
Автономии – это официально зарегистрированные организации. Зачастую диаспоры – это теневые структуры. Зачастую они криминализированы. Диаспора – это условное название.
Тут важна юридическая точность, когда мы говорим о диаспорах. Что такое диаспора, вы не найдёте ни в одном законе. Нет чёткого определения. А национальная культурная автономия – это вполне чёткий юридический термин.
Поэтому диаспоры, как теневые структуры, должны быть ликвидированы. Поэтому никаких льготных режимов, никаких «заигрываний» быть не должно. У нас есть государственная политика и правовая система. Ведь закон одинаков для всех. Поэтому никаких параллельных обществ быть не должно.
Что нужно делать?
Нужны радикальные изменения в нашем законодательстве. Не только в миграционном. Я постоянно говорю, что у нас никогда не будет порядка в этой сфере, пока мы смешиваем два понятия – мигрант и иммигрант.
У нас под термином «мигрант» кого только не подразумевают. Спросите на улице любого человека: «А кто такой мигрант?». Приблизительный ответ будет такой: «Это плохо говорящий на русском языке брюнет со смуглой кожей, приехавший из определённых регионов СНГ».
Миграция – это исключительно трудовая история. Мигрант приехал, заработал денег и уехал.
У нас же под мигрантами подразумевают тех, кого надо называть иммигрантами. Иммигранты – это те, кто получил российское гражданство, иммигрировав сюда.
Основная угроза – это не знающие русского языка и не собирающиеся интегрироваться в российское общество иммигранты, которые получили или собираются получить российский паспорт. Особенно в упрощённом порядке. Почему мы и вышли из этой программы – программы по переселению «соотечественников».
К чему мы должны прийти?
Миграция должна быть жёстко отрегулирована законодательством. Те законопроекты, которые наши парламентарии отправили в Госдуму, и которые не получили никакого отклика в нашей депутатской среде, решили бы проблему резиновых квартир. Её бы просто не было.
Сейчас с этим борется полиция. Борется с последствиями, потому что правоохранительные органы не могут на законодательном уровне запретить человеку на своей жилплощади регистрировать огромное число приезжих. А наш законопроект закрыл бы этот вопрос раз и навсегда. И ситуация бы изменилась в сфере миграции.
А что касается проблемы иммигрантов, то тут надо увеличить количество оснований для прекращения гражданства. Перечень этих оснований – за что можно лишить приобретённого гражданства, закреплён в нашем законодательстве, но этот перечень необходимо расширить.
Фактически, за каждое серьёзное правонарушение нужно иметь основания для прекращения гражданства.
Другая важная проблема – это социальные пособия. Тут даже можно не говорить о размерах этих пособий, это не так важно. Важен сам принцип – они (иммигранты) везут сюда семьи почему? Именно для того, чтобы получать социальные пособия. Семьи ведь многодетные.
Эти люди зарабатывают тут деньги, а бюджет ещё и платит им за это. А вдобавок большинство из этих переселенцев не хотят учить русский язык. Не хотят интегрироваться в российскую нацию.
Повторюсь, нам нужно полностью преобразовать наше законодательство. Не только в плане миграции, но и иммиграции.
Конечно же, необходимы и законные силовые меры против тех, кто нарушил закон. Любой закон.
И ни в коем случае не должно быть никакой терпимости к тем, кто поощряет русофобию, бравирует своей национальной и религиозной принадлежностью, унижает другие народы.
Наше законодательство, пока ещё слишком либерально в отношении таких людей. Надо его ужесточать, потому что это вопрос и национальной и общественной безопасности. Вопрос безопасности каждого из нас – нормальных и законопослушных граждан России.