logo
Калужские новости

Калужской легенде – Николаю Алмазову 96: как строили раньше и как сейчас?

Заслуженному калужскому строителю Николаю Алмазову исполнилось 96 лет

icon 23/11/2023
icon 11:00
Главная новость
Калужской легенде – Николаю Алмазову 96: как строили раньше и как сейчас?

© Калинин Андрей

Калинин Андрей

Я приехал на встречу с почётным строителем в его штаб-квартиру – в офис союза строителей на улице Плеханова. Офис – название не сосем подходящее для этого места. Это именно штаб. За дверью меня встретила секретарша.

«А Николая Ивановича ещё нет, подождите пять минут, он скоро будет», - сообщила она.

Дела, разъезды. Это в 95 лет. Именно столько на момент беседы было нашему строителю. Честно говоря, меня поразил тот факт, что в этом возрасте человек ведёт столь бурную деятельность.

Пять минут прошло. В это время я с интересом рассматривал убранство офиса. А там было на что посмотреть – стены увешаны многочисленными фотографиями, вырезками из газет, почётными грамотами, знамёнами и плакатами. Не хватало только карт с красными и синими стрелками оперативно-тактических действий. Всё убранство как бы напоминало всяк сюда вошедшему, где он находится.

И тут входит он. Крепкий мужчина в тёмно синем строгом костюме в еле заметную клетку, которая придаёт его образу некий шарм.

Бывает так, что человека хочется сравнить с каким-нибудь предметом. С чем ассоциируется Николай Иванович? Это монолитный бетонный блок из первоклассного портландского цемента со стальными жилами арматуры. Да, именно так.

Крепкое рукопожатие, чёткий взгляд с лёгким добродушным прищуром. Николай Иванович сел за свой рабочий стол, и мы начали беседу.

С чего всё началось?

Фото: личный архив Николая Алмазова

Начал я свой трудовой путь в 1942 году. Закончил «семилетку» и поступил в Калужский коммунально-строительный техникум на строительное отделение. Сдал экзамены и начал заниматься учёбой.  Неделю отучился, вторую. Заскучал.

А родился я в деревне Акатово. И вот, как то в субботу собрал я свои вещички в вещевой мешок и пешочком отправился из Калуги в свою родную деревню. Пришёл домой – родители обрадовались. А потом огорчились, когда я сказал, что бросил учиться.

Рядом у нас станция Пятовская, там раньше была «Мостобаза №16». Пришёл я домой в субботу, а в понедельник уже был принят на работу учеником плотника на этой Мостобазе.

Начали меня учить плотницкому делу – брёвна тесать, да срубы рубить. А потом, уже на второй год работы, мы в цеху собирали железнодорожные фермы, металлодеревянные.

Были командировки. В Москве, на Цветном Бульваре, 25 строили дом. Когда бываю в Москве, иногда захожу туда посмотрю – не развалился ещё, стоит 3-х этажный дом, кирпичный.

В столице я слышал первый салют в четь освобождения Орла и Белгорода от фашистов – 5 августа 1943 года.

Проработав 2 года плотником, я понял, что плотник есть плотник, а надо бы и поучиться и вернуться в техникум. Приехал в Калугу. Меня опять зачислили на учебу. Но в то время «Мостобаза №16» имела полувоенное, так сказать назначение, поэтому так просто оттуда уволиться было нельзя. На работе мне сразу же сказали: «Коля, ты зачем идёшь в техникум? Мы тебя направим на курсы механиков, и ты через полгода уже будешь механиком».

Но у меня все-таки хватило соображений начать учиться, а не довольствоваться курсами. В общем, начал я заново учиться в техникуме. 4 года учился и потом, по распределению попал на работу в Управление внутренних дел, которое занималось строительством Волго-Донского судоходного канала. Нас туда из техникума направили четверых.

Управление находилось в Калаче-на-Дону. Я был назначен «десятником» 101-го канала. Проработал там 4 года. А после строительства канала я поступил в Уральский политехнический институт в Свердловске. Окончил, получил диплом инженера строителя и отправился работать в Новосибирск. Там я преподавал в Новосибирском военно-техническом училище. Читал теоретическую механику и сопромат.

На фото Николай Алмазов со своим отцом, который дожил до 100 лет. Личный архив Николая Алмазова

Но тут случились семейные дела – умерла мать. Пришлось мне обратиться в калужский областной комитет партии, чтобы они меня вызвали домой, потому что просто так, опять же, меня никто бы никуда не отпустил.

После этого я начал работать в Калуге. Был назначен начальником Строительного управления №1 треста «Калужстрой». Это была тогда единственная строительная организация, которая выполняла работы по строительству объектов, финансируемых из местного бюджета. Это был 1955 года.

Я стал главным инженером треста. Затем меня направили работать директором проектного института «Росгипроместпром». Потом был главным инженером треста домостроения в Калуге. А потом стал управляющим строительным трестом «Калугасельстрой», в течение 9 лет там работал. Когда я принял этот трест, он был в числе самых отстающих. А через два года вошел в число первых, получил красное переходящее знамя ЦК партии Совмина СССР.

Потом меня назначили, а вернее сказать избрали заместителем председателя калужского Исполкома, где я в течение 12 лет руководил строительством в нашей области.

Затем началась перестройка и я ушёл в отставку. Стал начальником областного строительного управления, а затем ушел на пенсию, мне тогда было уже под 70. И вот, уже в течение 20 с лишним лет возглавляю Союз строителей.

Мы стройки, непосредственно, не ведём, но занимаемся общественными делами, связанными со строительством.

А какие наиболее важные и значимые объекты на территории Калуги и области были Вами построены?

Во-первых, мы занимались строительством жилья. В Калуге наиболее важные объекты – третья городская больница. Детская музыкальная школа. Жилые дома вокруг театра. Кинотеатр «Спартак». Все дома в районе «Спартака» - пятиэтажки. По Никитина, по Болдина. На Тульской тоже жилые дома строили.

Жилье на площади Победы тоже наше. Черемушки – там на одной из улиц тоже мы строили.

Далеко ли шагнуло строительство в плане материалов? Стало ли быстрее и проще?

Конечно, в последние годы, когда я ещё работал в Облисполкоме и в тресте, совершенствовалось строительство. Это новые технологии, новые проекты, новые материалы.

Например, раньше не было керамзита. Потом он появился, процесс строительства изменился.

Сами конструкции стали другими, появилось крупнопанельное домостроение. Раньше ведь только из кирпича строили. Мы тоже организовали такое строительство.

Был у нас Куровской комбинат. Это новинка. Прогрессивные шаги в организации и производстве строительства.

Вот тогда мы развивали производственную базу. Потому что стройка без производственной базы – это невозможно. И мы строили эту базу. Это как раз, ранее упомянутый Куровской завод железобетонных изделий. И Козельский завод ЖБИ в Сосенском.

Фото: личный архив Николая Алмазова

Бюрократия шагнула вперёд вместе с технологиями?

Бюрократия существовала тогда и существует сейчас. Трудно сказать, что проще было тогда или сейчас.

Но бюрократия необходима: проектную документацию нужно сделать, согласование тоже нужно подготовить. Это все в пределах необходимого.

Но какой-то особой бюрократии, на мой взгляд, сейчас не существует. Все это преодолимо, все это нужно грамотно решать, подходить к этому с пониманием, со знанием дела. Тогда все решается. Есть, конечно, сложности, но они решаемы.

А воровали?

Это обычное явление. В то время это было более распространено. То где-то увезут кирпича или керамзита кто-то свистнул. Ещё каких-нибудь материалов, особенно для штукатурных и отделочных работ – краски, белила и прочее. В общем, воровали, но по мелочи. Это не было массовым явлением.

Воровство, конечно же, пресекалось. Общественность работала, профсоюзы.

А сейчас как-то следите за строительством?

Да, мы в курсе дела. Сейчас в области много строительных организаций, но все они не калужские, к сожалению.

А лучше, когда местные?

Конечно. Своя организация – это лучше, ведь с нее можно напрямую спросить. Ей проще помочь. Ее можно покритиковать, проверить и так далее.

В какой-то степени можно вмешиваться в организацию строительства, для помощи.

Свое – это хорошо. У нас сегодня много белорусских организаций, москвичей. Конечно, они хорошо работают. Но ведь они не калужские. Это не наша гордость.

Надо иметь и базу свою. Ну я уже рассказывал про Куровской завод железобетонных изделий и крупнопанельных домостроений. В Турынино была громадная база, теперь эти[ заводов нет.

Почему же не возрождают местное строительство?

Трудно сказать. Так случилось, что мы потеряли все это дело. А теперь трудно сказать, когда это все возродится.

Но возрождается, помаленьку. Вот сейчас есть министерство строительства. Мы стараемся взаимодействовать с ним, говорим, что нужны свои предприятия, свою базу нужно восстанавливать. Те же заводы ЖБИ и другие организации, подсобные, так скажем, которые способствуют успешному строительству. Это же всё нужно.

Вот этим, в том числе, и должно заниматься министерство. У губернатора есть заместитель, который курирует строительную отрасль в регионе.

А ведётся ли у нас в области подготовка кадров?

У нас есть строительный техникум. Там готовят специалистов среднего звена – техников-строителей. А другого ничего нет.

Но вот еще в нашем университете вроде бы тоже есть отделение по подготовке строителей. Но это все небольшие объемы.

В целом же области нужен свой строительный институт. В Брянске ведь есть, в Туле тоже есть.

У нас открылся центр профобразования на Правом берегу. Готовят ли там строителей?

Там тоже есть отделение по подготовке строителей. По крайней мере, мне так сказали на одной из планерок.

Но мне думается, что этого будет не достаточно и подготовка будет не совсем конкретной. Нужны училища, которые будут готовить рабочие кадры по профессии.

Ведь важно же еще и то, чтобы мы готовили рабочие кадры на месте. Вот, например, раньше был такой метод подготовки, как бригадный. В бригаде рабочих люди обучались. Человека закрепляли за определённым квалифицированным рабочим и через определённый промежуток времени ему присваивали квалификацию строителя.

Раньше строили для того, чтобы пользоваться по назначению, а сейчас только ради выгоды?

Есть, что называется, классика. Мы строим сооружение: для каждого сооружения есть срок службы, оно должно быть долговечным. А чтобы оно долго служило людям, здание должно быть прочным. Чтобы быть прочным, оно должно быть построено из качественных материалов.

Но это не должно быть в ущерб экономике. Из одного материала можно сделать одну и ту же вещь, но по-разному. Она будет и стоить по-другому, и служить по-другому.

У нас всегда не хватает денег на строительство. Те деньги, которые есть, нужно рационально использовать. Неправильно постоянно просить денег на строительство. Любое требование денег должно быть обосновано. Какая отдача будет от этих денег? Рубль должен работать.

Вы ещё занимаетесь музеем Жукова?

Фото: КН

Да. Мы начали заниматься им с момента строительства – строили здание. Получили за строительство музея звание лауреата государственной премии имени маршала Жукова. Это почетное звание в нашей стране.

Сейчас таких лауреатов этой премии около двухсот. У нас это второе звание в стране.

То, что сейчас построено – здание музея – было построено в рекордные сроки. В течение, практически, одного года. Построили к 50-летию победы. На открытие приезжал председатель правительства Черномырдин. Это была ударная стройка.

Денег не было, но строили все с подъемом, с желанием.

Там есть диорама - «Штурм Рейхстага» - она была в Берлине. Не могу точно сказать, где именно в Берлине, но точно была. Ее привезли, почему-то, в Рязань. А наши товарищи из Москвы, а именно, Семин Вячеслав Павлович, который являлся другом семьи Жукова, каким-то образом поспособствовал тому, чтобы эту диораму привезли в наш музей.

Но ее некуда было ставить, ведь здание музея изначально было спроектировано без учета этой диорамы. Тогда срочно был разработан проект полукруглой пристройки и мы успели ее построить – это было в марте, а открывать нужно было уже в мае.

Вам будет 96. В чем секрет вашей энергии?

Какое у меня долголетие (смеется). Я как-то не чувствую. Есть года, куда ж от них денешься. Это не от меня зависит, что они идут. Я не знаю, как это объяснить. Я уже вошел в эту систему работы и профессию никогда не менял.

Я не «кривлялся» куда-нибудь в другие профессии. Делал одно дело, начиная с того момента, как стал плотником.

Какими должны быть современные строители?

Это должны быть любители своего дела. Если человек пришел в эту отрасль, то нужно относиться к своей работе с любовью и пониманием и с совершенствованием. Не останавливаться. Сегодня ты пришел – одна система, одни технологии, а завтра – уже все другое. Нужно успевать за этим.

Это главная задача, наверное, не только в строительстве, но и во многих других сферах. Но в строительстве особенно.

Но совершенствование технологий предполагает и самосовершенствование строителя. Повышение квалификации, освоение этих технологий. Все же постоянно меняется.

Ведь что такое совершенствование – материалы должны быть прочнее и дешевле. Экономика имеет большое значение. Но этим не стоит слишком увлекаться.

Иногда бывает так, что слишком увлеклись экономикой, да не всегда хорошо это кончалось.