Цена чистого воздуха: Калужская область профинансировала утилизацию ТКО на 20 млн рублей

В 2025 году ООО «Калужский завод по производству альтернативного топлива» (ООО «КЗПАТ») получило из бюджета Калужской области 20,5 млн рублей в форме гранта-субсидии. Средства направлены на возмещение части затрат, связанных с утилизацией твердых коммунальных отходов. По данным замгубернатора региона Валентины Авдеевой, это позволило произвести 10 024 тонны альтернативного топлива, которое было поставлено на предприятие «Цементум Центр».

Возникает закономерный вопрос: речь идет исключительно об экологической мере или о фактической поддержке предприятия с непростой финансовой историей?

Что профинансировал регион

Субсидия оформлена как компенсация части затрат на утилизацию ТКО. В пересчете на объем произведенного топлива поддержка составляет примерно 2 045 рублей на тонну.

Формально механизм соответствует экологической логике: стимулирование переработки отходов и снижение захоронения на полигонах. Производство альтернативного топлива (RDF) позволяет вовлекать отходы во вторичный оборот, а цементные заводы используют его как замену традиционным энергоносителям.

Таким образом, заявленная цель – это улучшение экологической обстановки и развитие утилизации.

Финансовое положение компании: прибыль есть, устойчивость под вопросом

По данным финансовой отчетности за 2024 год:

выручка — 181 млн рублей (+13%);

чистая прибыль — 7,3 млн рублей (+123%).

На первый взгляд предприятие выглядит прибыльным. Однако более детальный анализ показывает сложную структуру капитала и риски финансовой устойчивости.

Стоимость бизнеса равна - 56 млн рублей (отрицательный капитал). Это означает, что обязательства превышают активы. При этом компания демонстрирует прибыль, но финансовая модель остается зависимой от заемных средств и оборотного финансирования.

Кредиторская задолженность, по данным картотеки rusprofile, составляет 77 млн рублей, дебиторская задолженность — 55 млн рублей. Отдельно отмечается риск потери финансовой устойчивости и возможные проблемы с исполнением обязательств.

Судебная нагрузка

В картотеке арбитражных дел зафиксировано более 20 процессов с участием компании на общую сумму около 48,5 млн рублей. Среди них споры по договорам поставки и услуг, а также публично-правовые требования.

Крупнейший иск 2025 года на сумму 13,3 млн рублей был прекращен в связи с отказом истца. Однако сам объем хозяйственных конфликтов свидетельствует о напряженной деловой среде вокруг предприятия.

Субсидия 20,5 млн рублей в масштабе бизнеса – это около 11процентов годовой выручки и почти трехкратный размер чистой прибыли 2024 года.

Таким образом, бюджетная поддержка сопоставима с финансовым результатом компании и объективно влияет на ее ликвидность.

Даже если средства направлены строго на компенсацию затрат по утилизации, они снижают операционную нагрузку, улучшают денежный поток и уменьшают кассовые разрывы.

В условиях отрицательного собственного капитала такой объем поддержки нельзя считать незначительным.

Экологическая политика или стабилизация отрасли?

Юридически субсидия не является антикризисной мерой. Она оформлена как элемент экологической политики и стимулирования переработки отходов. Однако экономически она оказывает стабилизирующий эффект на предприятие с признаками финансовых рисков.

Можно говорить о двойственном результате. Регион реализует политику по сокращению захоронения отходов. Одновременно поддерживается перерабатывающая инфраструктура, без которой система обращения с отходами может дать сбой.

Можно ли говорить, что регион дал 20 млн, чтобы завод оставался на плаву?

Прямых оснований для такого утверждения нет. Компания прибыльна. Процедуры банкротства не ведутся. Субсидия носит целевой характер. Однако игнорировать финансовые риски предприятия также невозможно. Поддержка в размере, сопоставимом с годовой прибылью, объективно улучшает его положение.

Корректнее формулировать вывод так: регион предоставил экологическую субсидию предприятию, которое одновременно демонстрирует признаки финансовой нестабильности. Поддержка направлена на развитие утилизации отходов, но имеет и стабилизирующий эффект для бизнеса.

Ситуация не выглядит как «спасение завода», но и не сводится к нейтральной технической компенсации. Вопрос остается открытым: является ли такая модель временной мерой стимулирования отрасли или системной зависимостью бизнеса от бюджетных вливаний.