«Я не держала ее на руках живой»: калужанка рассказала правду о смерти своей новорожденной дочери

Трагедия, разыгравшаяся в стенах Калужского областного перинатального центра, всколыхнула весь регион. 24-летняя Анастасия потеряла долгожданную дочь, которую успела назвать Василисой. Теперь она борется за правду. Калужанка рассказала всю правду о произошедшем.

Долгожданная беременность

Анастасия забеременела в конце лета 2025 года. Беременность была желанной и долгожданной. Она встала на учет, сдавала все анализы, делала УЗИ — в 12 недель, в 20, в 30. Везде звучало одно и то же: «Все отлично, плод развивается нормально, врожденных пороков нет». Скрининг на синдром Дауна показал низкий риск — ниже порогового значения. Анастасия успокоилась, радовалась, покупала крошечные ползунки, выбирала имя. Василиса. Она так хотела девочку.

В середине беременности поднялся сахар — гестационный диабет. Врачи заверили: ничего страшного, просто нужно следить за питанием, а перед родами лечь в больницу. Так она и сделала.

9 апреля 2026 года Анастасию положили в перинатальный центр Калуги. «Ну, полежу пару недель, потом рожу нормально, и поедем домой», — думала она. Как же она ошибалась.

Пять суток в схватках, которые никто не остановил

18 апреля врачи приняли решение стимулировать роды — из-за гестационного диабета ждать больше было нельзя. Дали таблетку, чтобы вызвать схватки. Препарат сработал, начались боли. Но схватки, по мнению врачей, были недостаточно интенсивными. Анастасия лежала, мучилась, но раскрытия не было. Она чувствовала: что-то идет не так.

Потом она прочитала в своей выписке страшную цифру: первый период родов длился 123 часа 21 минуту. Это больше пяти суток. Пять суток она провела в схватках, без сна, без сил.

Когда состояние стало критическим, Анастасию отвезли в операционную. Ребенка извлекали «за ножки» — это написано в документах. Извлекали трудно, девочка уже задыхалась, вклинившись в таз и запрокинув голову. Когда дочку достали, она не дышала. Сердцебиения не было. Врачи начали реанимацию: массаж сердца, интубация, подключение к аппарату ИВЛ. Сердце запустили.

Диагноз, который невозможно читать без слез

Анастасия узнала обо всем не сразу. Она была под наркозом, очнулась и спросила: «Где мой ребенок?» Ей ответили: «Девочка, она в реанимации, все будет хорошо». Она поверила. Думала, что пара дней — и домой.

Вот что было написано в медицинском заключении Василисы — Анастасия выучила это наизусть: «Кома III степени — сознания нет, рефлексов нет, зрачки не реагируют на свет. Шкала Глазго — 3 балла из 15. Это максимум тяжести. Дыхательная недостаточность III степени — сама не дышит, ИВЛ круглосуточно. Отек головного мозга. Перелом левой теменной кости при родовой травме. Субдуральная гигрома правой теменной области — кровоизлияние под твердую мозговую оболочку. Внутрижелудочковое кровоизлияние. Тромбоз сагиттального синуса — тромб в крупной вене головного мозга. Бактериальная инфекция». Откуда? Непонятно.

20 мая врачебная комиссия вынесла заключение: «Имеются объективные медицинские показания к оказанию паллиативной медицинской помощи. Прогноз по жизни и здоровью — неблагоприятный».
Паллиативная помощь — это помощь неизлечимым больным. Василису признали неизлечимой. Ей не станет лучше. Она никогда не будет нормальным ребенком. Возможно, она никогда не выйдет из комы.

«Ее маленькое сердечко билось еще три месяца»

25 июля 2026 года Василисы не стало. Она ушла тихо. Ее маленькое сердечко, которое врачи запустили в операционной, билось еще три месяца. Она боролась за каждый вдох на аппарате ИВЛ, пока ее мозг молчал. Результат вскрытия Анастасия еще не получила.

«Я не держала ее на руках живой, — говорит Анастасия. — Я ни разу не увидела ее открытых глаз. Я только успела попрощаться, когда ее уже положили в маленький гробик. Все, что у меня осталось, — это подготовленные вещи для нее, мебель, бирка и пупочек, фото УЗИ и ее медицинская карта.

Борьба за правду

Анастасия не молчит. Она борется за справедливость — не из мести, а чтобы правда вышла наружу. «Я сделала все, что могла, — говорит она. — Я пришла в больницу вовремя, я доверилась врачам, я лежала и терпела,
сдавала все анализы вовремя, веря, что они знают, что делают».

Результаты экспертизы Росздравнадзора уже есть — выявлены нарушения во время родов.

Реакция на самом верху

История Анастасии получила широкий общественный резонанс. Девушка считает, что проведение операции кесарева сечения при наличии к тому показаний, было сделано очень поздно.

По факту гибели ребенка следственные органы СК России по Калужской области расследуют уголовное дело по ч.2 ст.109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности». Следователи изъяли медицинские документы и назначили экспертизу для оценки качества оказанной помощи.

Анастасия ждет результатов и надеется, что независимая экспертиза поможет установить истину. Ее маленькая Василиса прожила всего три месяца — все время на аппарате ИВЛ, в коме.
«Я не хочу мести. Я хочу, чтобы правда вышла наружу. Чтобы была независимая экспертиза. Чтобы меня перестали убеждать, что никто не виноват, а только воля случая».